Виталий Можаровский - юридические аспекты приобретения девелоперских активов.

Применительно к городу слово брендинг я предлагаю забыть! Под этим словом должно подразумеваться то, что следует сделать для развития города. У нас же это как правило заканчивается рекламой и публикациями в газетах. На принципиальные моменты ни архитекторы, ни девелоперы внимания не обращают.

К чему мы стремимся сегодня? Все стараются сделать просто привлекательный объект с точки зрения архитектуры и потом подороже его продать. При этом он должен содержать большое количество квадратных метров и иметь неплохое расположение и быть высоко технологичным. Вот и все конкурентные преимущества. На мой взгляд, будущее архитектуры и города основано  прямо на противоположном. Нам надо перейти к объекту, который по сути является  интерфейсом для человека, который реагирует на его потребности, реагирует на город и дает дополнительные функциональные возможности.

По поводу high-tech. Как ни странно, экология и зеленый город, то о чем  сегодня постоянно говорят, - это не high-tech, а то, что сейчас называется low-tech. Low-tech – это низкие технологии. Действует очень простой механизм: чем ниже технологии строительства, тем зеленее и экологичнее здание. Все, наверное, слышали об  архитекторе  Нормане Фостере и других известных представителях направления  high-tech. В принципе, каждое их здание - это  сожженные леса Амазонки,  огромное количество выкаченной нефти и отходов производства - все то, что влияет на нашу экологию и убивает идею зеленой архитектуры.

Поэтому я считаю: будущее за интерфейсом и за низко технологичными зданиями.
Теперь несколько слов о том, что такое интерфейс. Интерфейс - это слой между пространством, которое нас окружает, и пользователями, позволяющий нам оперировать пространством, по сути, это город, в котором мы находимся. Интерфейс – это также архитектура, которая реагирует. Что это значит? Во-первых, это функция, позволяющая городу развиваться правильно. Во-вторых, это  новые реагирующие материалы, дающие возможность менять цвет здания или показывать, что происходит в другой точке мира в этот момент, т. е. это некая реакция на то, что происходит снаружи, на пользователя.

В-третьих,  интерфейс – это инструмент для создания инвестиционно-привлекательного объекта, финансово эффективного здания. Сегодня в качестве примера можно говорить о здании-гибриде. Здание гибрид – это  объект, у которого очень много функций и эти функции возникли не просто вследствие диверсификации бизнеса, а потому что они востребованы пользователями в этой конкретной точке.

Зачем нужен интерфейс и почему он станет будущим  новой архитектуры и новой среды? Во-первых – это коммуникации, коммуникации на разных уровнях: между пользователями,  на уровне самого здания и внешней среды – достаточно построить в региональном городе значимый объект и он становится знаком города (к примеру,  Бильбао – небольшой испанский городок; архитектор Френк Гери вместе с администрацией реализовали там известный проект – музей Гугенхайма, и город сразу  стал известен и узнаваем).

Во-вторых, интерфейс это также упаковка пространства, т. е. любая территория имеет определенные особенности и  должна фактически рассматриваться как возможность. Это происходит как на макроуровне, если мы, например, развиваем красноярскую агломерацию в Сибири, так и на микроуровне, если мы, например, делаем какой-то поселок в Подмосковье.  И третье, что, собственно, выходит из второго пункта – это реализация возможностей территорий.

Мы должны очень внимательно проанализировать, что может дать территория и сделать там именно то, что полезно для пользователя.

Таким образом,  архитектура сегодня это не просто  дом, который кажется кому-то красивым или необходимым в данном месте, а самостоятельное направление деятельности, объединенное  с девелопментом, с развитием территорий. Это и урбанизм, и политика, и современное искусство,  это коммуникативный и промышленный дизайн, музыка, кино  – все, связанное с людьми.

Комментирует Денис Визгалов, руководитель проектов фонда "Институт экономики города", доцент ГУ-ВШЭ:

Действительно - имидж места становится важнейшим нематериальным активом развития этого места. Специалисты говорят, что если, например, взять компании, которые работают сейчас в Голливуде и перевезти их в другой штат, то их суммарная капитализация упадет, поскольку, перестав быть голливудскими компаниями, они лишатся этого бренда. А инвестиционная привлекательность Голливуда, как места - не пострадает нисколько, поскольку у этого места уже есть некая волшебная аура. И это говорит о том, что место становится самоценным - ему нужно формировать свой имидж, чтобы быть конкурентоспособным.

Если же говорить о проблеме инвестиционной привлекательности городов в более широком контексте, то есть подозрение, что до конца 2008 г. будет длиться период переосмысления, переформатирования подхода к планированию не только городов, но и мест. Сейчас нужен совсем другой, принципиально новый подход. Нам надо помнить, что в условиях, когда сегодняшняя Россия теряет по 600-700 тыс. человек в год (население такого города, как Владивосток), мэры городов должны предвидеть, что через 5-7 лет начнется конкуренция за людей. К этой конкуренции городам нужно готовиться. Кто осознает эту цель, тот построит четкую городскую стратегию.